На этой странице Вы можете

читать мемуары

поэта, барда Лидии Оганесян

А память - это продолженье взгляда

Небольшая комната и большой тряпичный абажур, дающий мало света и много уюта. Посреди комнаты я, рядом - мама, красивая и молодая. Раскрывается дверь, и входит всегда казавшийся огромным папа. Вот первое воспоминание о детстве. Говорят, было мне тогда пять-шесть месяцев. Помню все очень точно, даже чувствую сейчас в воспоминании прикосновение нежных рук и слышу голоса. Со мной какие-то проблемы. Ах да, плоскостопие. И надо делать массаж. И с этого дня каждый вечер папа делает мне массаж.
Более позднее воспоминание: большая коммунальная квартира на улице Правды. По соседству еще две семьи, и в каждой по сорванцу, ровеснику мне. Саша и Рома. Какие-то разговоры между взрослыми об оплате за свет и об уборке общих помещений - вечные разговоры коммуналок. И еще, сколько помню себя маленькой, - рыбий жир! Тогда было очень модно кормить детей рыбьим жиром.
Эти первые пять лет моей жизни мне вспоминаются довольно безлико. Жизнь в клетке собственной комнаты (единственной на четверых!). Но бывали и праздники - приезды бабушки Лиды.(Лидии Ивановны Петровой), вечно уезжающей куда-то очень далеко: в Африку, в Индию, в Японию и т.д., очень занятой и загруженной, но неизменно приезжающей ко мне, своему продолжению. Меня назвали Лидией в ее честь и возлагали на меня большие надежды.
Лидия Ивановна Пино (Петрова - псевдоним) была редкостно одаренным человеком, легко берущим любые высоты. Поразительное трудолюбие этого человека изумляло всех окружающих. Гречанка, выросшая в греческом поселении на Украине в большой семье, она с детства блистала. Обо всех ее образованиях я , наверное, и не знаю. Но закончила греческую школу блестяще. Потом было два университетских образования, степень кандидата философии, добавим к этому блестящее владения языками: русским , греческим, украинским, английским, французским, немецким, испанским, хинди. Почетный профессор девяти мировых университетов, писатель, философ, правозащитник. Конечно, мне непросто было стать продолжением. Это была та "мера", на которую мне предстояло оглядываться долгие годы, сверять с которой каждое свое действие и каждый шаг. Мое имя меня предопределяло.
Лидия Ивановна и впрямь считала меня своим продолжением и поднимала планку всегда чрезвычайно высоко. Каждое лето - с мая по сентябрь - мы все вместе жили на госдаче в Малаховке, где бабушка занималась мной вплотную. Каждый день мы должны были говорить на разных языках. Понедельник был днем английского. За столом, в саду, в лесу - везде только английский. Вторник - французский и т.д. В этом, наверное, был очень большой смысл, и , может быть, именно эти экзерсисы заложили с детства чувство языка, то, что никогда меня не подводило - языковую интуицию. И продлись такая жизнь чуть дольше, мечты, связанные со мной, могли бы воплотиться в реальность. Но Лидия Ивановна тяжело заболела, предчувствовала скорый уход и торопилась закончить труд своей жизни - большую книгу, так и не увидевшую свет. Печатались лишь отдельные главы.
Последние два года она работала днем и ночью, лихорадочно, чтобы успеть. И сразу по написании слегла, чтобы уже никогда не встать. 27 декабря 1969 года ее не стало. Мне тогда было десять лет.
Только по прошествии стольких лет понимаю: эта смерть стала катастрофой. Пока была Лидия Ивановна, каждый ощущал твердь, нерушимость. Слишком много она значила для каждого члена семьи. Когда-то в 30-40 гг. Она, родная сестра Николая Ивановича, отца моей мамы, забрала двух его дочерей (Ирину и Ларису) в Москву - учиться. Получив образование, Ирина, старшая, стала геологом и уехала в геологическую партию. Лариса, моя мама, стала работать в редакции журнала <<Советская женщина>>. Здесь они и остались , создав свои семьи. Но центром семьи была, конечно, Лидия Ивановна. В ее маленькой хрупкой фигурке была сосредоточена такая сила и целостность, такая душевная щедрость, что хватало ее на каждого члена семьи. Хотя в воспоминаниях Ирины она предстает человеком очень властным и волевым, подавляющим чужую волю, но мне не пришлось запомнить таких подробностей. Они прошли стороной и не коснулись меня.
Моя мать, Оганесян Лариса Николаевна, урожденная Пино, - воплощенная женственность и любовь, была задумана Творцом как мать и хранительница семейного очага. Она , безусловно, стала и тем и другим, но как бы она развернулась в своем творчестве (искусстве материнства), если бы родилась не в то страшное время, а скажем, в 19 веке. Вместо того, чтобы сидеть дома со своими детьми, она всю жизнь работала, да, что там работала - пахала за жалкий заработок, без которого, к сожалению, семья бы не смогла существовать. Да и потом, когда она была уже на пенсии и могла бы отдыхать, она работает, потому что целая рабочая жизнь не дает возможности спокойно жить в старости. А какой она была затейницей, какой затейницей оставалась до последних дней жизни! Когда я вспоминаю, какие чудные игры и праздники она устраивала нам, своим детям, когда я видела, какой восторг вызывают ее затеи у внуков, я сожалею только о том, что так мало времени она могла нам уделить. И всегда только с одной целью - выжить! А не жить!!!



На этом сайте вы можете без СМС, он - лайн, без ожидания и рекламы действительно

читать и скачать бесплатно стихи

. Для вашего удобства произведения расположены по жанрам. Чтобы материалы выглядели компактно, они "сложены в гармошку". Для раскрытия текста кликните (нажмите) на название. Для вашего удобства все материалы расположены в алфавитном порядке. Приятного вам времяпрепровождения!